facebook ВКонтакте twitter
Мы в социальных сетях
    Издательство    КИСЛОРОД для бизнеса    Интернет-магазин
/
» » » О "бомбе", которую Китай "взорвал" 20 ноября 2013 года

О "бомбе", которую Китай "взорвал" 20 ноября 2013 года

О

ПУБЛИКАЦИЯ МАЙКЛА САЙДЕРА

Процитирую начало этой публикации: «Китай взорвал настоящую бомбу, но основные СМИ в США это почти полностью проигнорировали. Центробанк Китая решил, что «накопление иностранной валюты более не отвечает интересам Китая»». Статья Майкла Сайдера предрекает серьезные последствия этого решения Китая для Соединенных Штатов. То есть это «бомба», которая, по мнению Сайдера, если и не уничтожит Америку, то нанесет ей громадный ущерб. Попытаемся разобраться в том, что за решение было принято Китаем и насколько серьезными могут быть его последствия. Не только для Америки, но также самого Китая и всего мира.

Сам «взрыв» «бомбы», по Снайдеру, произошел 20 ноября. Произвел его заместитель председателя Народного банка Китая И. Ган, выступая на экономическом форуме в университете Циньхуа. «КНР больше не отдает предпочтение увеличению валютных резервов», - цитирует И. Гана агентство Bloomberg. По его словам, укрепление юаня приносит жителям КНР больше пользы, чем вреда.

Странно, что Снайдер, опытный блогер (блог «The Economic Collapse») и тонкий аналитик так эмоционально воспринимает заявление высокопоставленного чиновника китайского ЦБ. На наш взгляд, ничего особенно сенсационного в заявлении чиновника ЦБ Китая нет.

Во-первых, подобного рода заявления (всегда - в очень осторожной форме) делались китайскими чиновниками и раньше. Но ни к чему практическому они не приводили. С конца 1970-х гг. валютные резервы Китая росли непрерывно. Можно по пальцам пересчитать короткие периоды (месяцы, иногда кварталы), в течение которых накопление валюты приостанавливалось.

Во-вторых, последнее заявление не является очень уж конкретным. Некоторые комментаторы справедливо отметили, что ничего не было сказано о времени, с которого ЦБ Китая прекратит закупки иностранной валюты. Да и сама фраза «КНР больше не отдает предпочтение увеличению валютных резервов» достаточно лукава, по-китайски витиевата и двусмысленна.

В-третьих, если центральные банки и казначейства тех или иных стран прекращают покупку казначейских бумаг США и даже сокращают запасы американской валюты, они обычно об этом громогласно не заявляют. Например, Банк России за период с конца января нынешнего года до конца июля снизил объем запасов американских казначейских бумаг со 164,4 млрд. долл. до 131,6 млрд. долл. То есть за полгода ЦБ России сократил свой портфель казначейских облигаций США на 32,8 млрд. долл., или на 20%. И сделал это, заметьте, без всякой шумихи.

Не исключаю, что заявление И. Гана могло играть роль «пробного шара», с помощью которого руководство Китая хотело протестировать реакцию различных стран и групп интересов (на своём пути к нефтеюаню - прим.ред.).

КИТАЙ В ЖЕЛЕЗНЫХ ОБЪЯТИЯХ ДОЛЛАРА

О том, что громадные и постоянно растущие валютные (международные) резервы стали для руководства ЦБ и правительства Китая «головной болью», говорить особо не надо. По подсчетам агентства Блумберг, за период с конца 2004 года до конца 2012 г. золотовалютные резервы (ЗВР) Китая выросли на 721% и достигли 3,3 трлн. долл. Если в конце 2004 г. на Китай приходилось 14% мировых ЗВР, то к концу 2012 г. этот показатель увеличился до 30,2%. По оценкам агентства, в конце 2012 года на американскую валюту в ЗВР приходилось более 2 трлн. долл.[2].

На конец третьего квартала 2013 года они составили уже 3,66 трлн. долл., что превышает годовой ВВП такой страны, как Германия. Китай не раскрывает структуру своих международных резервов по видам валют. Данная информация относится к разряду государственных тайн. Однако время от времени Народный банк Китая организует «утечки» информации, относящейся к этому вопросу. Впервые такая информация появилась в сентябре 2010 года. Официальное экономическое издание China Securities Journal сообщило, что по состоянию на середину 2010 г. две трети резервов (65%) было размещено в долларах США, 26% – в евро, 5% – в фунтах стерлингов и 3% – в японских иенах[3]. Позднее появлялись некоторые экспертные оценки, согласно которым доля американской валюты в резервах Китая оставалась примерно на уровне 2010 года. В то же время представители Европейского центрального банка (ЕЦБ) признавали, что доля евро в международных резервах Китая крайне мала. Надо иметь в виду, что на сегодняшний день Народный банк Китая заключил соглашения о валютных свопах (обмене национальными денежными единицами) примерно с 20 странами. Поэтому валюты этих стран представлены в резервах НБК.

В том, что доллар был и остается основной валютой в международных резервах Китая, нет ничего удивительного. США являются основным торговым партнером Китая, вся китайско-американская торговля ведется в долларах. Поскольку в торговле с США Китай имеет устойчиво положительное сальдо, то происходит непрерывное накопление американской валюты в золотовалютных резервах КНР.

Долларовые валютные резервы Китая – не более, чем долговые расписки американского казначейства, которые крайне трудно «отоварить». Китай пытается это делать, направляя часть своих резервов в специальные фонды (такие фонды принято называть «суверенными»), которые имеют полномочия размещать валюту не только в казначейские бумаги и на депозиты банков, но также в акции и паи зарубежных предприятий реального сектора экономики. Но Соединенные Штаты и другие страны Запада всячески препятствуют такого рода инвестициям, вводят различные ограничения и запреты для инвестиций суверенных фондов под предлогом «защиты национальной безопасности». Есть подозрения, что часть своих международных валютных резервов Китай пытается конвертировать в золото и что в составе этих резервов золота не 1 тыс. тонн (официальные данные Китая), а в несколько раз больше. Но подавляющая часть валютных долларовых резервов Китая не «работает», вернее она «работает», но в интересах не Китая, а Америки, получающей практически бесплатные кредиты от «поднебесной».

О НЕСКОЛЬКИХ «МИНАХ» КИТАЙСКОГО ПРОИЗВОДСТВА

Есть уж и говорить о «бомбах», которые «взрывал» и готовил для «взрыва» Китай в рамках своего противостояния с США, то это, конечно, не заявление заместителя председателя ЦБ Китая от 20 ноября с.г. Указанное заявление можно сравнить со взрывом петарды. А что же можно назвать «бомбами»? – Их было несколько за последние три года. Они еще не взорвались, но рано или поздно взорвутся. Правильнее их назвать «минами замедленного действия». Вот некоторые из них:

Решение Народного банка Китая летом 2010 г. о возвращении режима «плавающего регулируемого курса» юаня[4].

Достижение Китаем с целым рядом стран соглашений о переходе к использованию национальных валют во взаимной торговле. Среди них особенно следует выделить соглашение Китая с Японией, оно предусматривает использование во взаимных расчетах лишь юаня и иены, от других валют (в том числе доллара США) стороны отказываются. Есть соглашение о взаимном использовании национальных валют в расчетах между Китаем и Россией. Принятие в 2011 году очередного, двенадцатого пятилетнего плана социально-экономического развития Китая. В нем была сформулирована задача сделать юань международной валютой. Правда, подробной расшифровки того, что следует понимать под статусом «международной валюты» и алгоритмов решения этой задачи в плане не содержится.

Заключение Народным банком Китая соглашений с центральными банками целого ряда стран (всего около 20) о валютных свопах, т.е. обмене национальными денежными единицами для облегчения взаимных расчетов без применения доллара США.

Достижение в конце 2011 – начале 2012 гг. соглашения Китая с Ираном о расчетах за нефть, поставляемую в Китай, в юанях. Параллельное соглашение с Россией о том, что такие расчеты будут осуществляться при посредничестве российских банков.

Обращение 6 сентября 2012 г. Пекина ко всем странам – поставщикам нефти в Китай с предложением проводить расчеты за нефть в юанях (основные поставщики нефти в Китай - Саудовская Аравия, Иран, Венесуэла, Ангола, Россия, Оман, Судан)[5].

Заявление ЦБ Австралии о том, что он планирует конвертировать 5% своих международных резервов в казначейские облигации Китая (этому предшествовали китайско-австралийские переговоры).

Соглашение, достигнутое в октябре 2013 г. между Пекином и Лондоном о том, что на лондонской бирже начнутся валютные торги юань – фунт стерлингов, а также разрешение британских властей китайским банкам открывать в Лондонском Сити свои филиалы. Указанные британо-китайские соглашения фактически предусматривают превращение Лондона в своеобразный оффшор китайских банков и финансовых компаний. Ранее аналогичные соглашения оффшорного характера были заключены Китаем с Гонконгом, Сингапуром, Тайванем.

Объявление в ноябре 2013 г. президентом Шанхайской фьючерсной биржи о запуске нового финансового инструмента – фьючерсного нефтяного контракта, номинированного в юанях. Предполагается, что этот инструмент будет обращаться в регионе Восточной Азии.

Проведение в ноябре 2013 г. закрытого совещания (пленума) ЦК Коммунистической партии Китая, на котором обсуждался план социально-экономических реформ Китая на период до 2020 г. В итоговом документе, опубликованном после совещания, говорится, что одним из приоритетов экономической политики Китая является превращение юаня в международную валюту. Важным средством достижения этой цели называется скорейший переход к полной валютной конвертируемости юаня.

Все перечисленные выше решения и события направлены, с одной стороны, на высвобождение Китая из железных «объятий» американского доллара, с другой стороны, на превращение юаня в международную валюту. Правда, в партийном и государственном руководстве Китая существуют большие расхождения по поводу того, как добиваться указанных целей, а также по поводу того, что понимать под «международным» юанем. Именно по этой причине было принято решение последний пленум ЦК КПК сделать закрытым. На нем, судя по целому ряду признаков, велась очень жаркая дискуссия и борьба между «рыночниками» и «государственниками». «Рыночники» медленно, но верно перетягивают канат в свою сторону. Но «государственники» также не складывают оружия. Формулировки итогового документа достаточно размыты, но, тем не менее, трудно не заметить тенденции к дальнейшей либерализации экономической политики Китая.Каждое из перечисленных выше событий действительно является «миной замедленного действия». «Взрыв» каждой из них может изменить мир до неузнаваемости. Каждое событие заслуживает отдельного повествования. Вот, например, обращение Пекина к поставщикам нефти с предложением перейти к расчетам в юанях, сделанное 6 сентября 2012 года. Обнародовавший эту секретную информацию Линдси Вильямс назвал ее сенсацией 21 века. По его мнению, 6 сентября 2012 года можно трактовать как дату «ядерного удара» Китая по Америке и Федеральному резерву, как «начало конца» нефтедолларового стандарта, который просуществовал почти 40 лет. Конечно, Л. Вильямс также как и Майкл Снайдер создает искусственный эффект сенсации. Конечно, никакого «ядерного удара» (в переносном смысле) по Америке и Федеральному резерву 6 сентября 2012 года не было нанесено. Но то, что была заложена «мина замедленного действия», - факт.

ЛОГИКА КИТАЙСКИХ ЛИБЕРАЛОВ

Но вернемся к заявлению заместителя председателя Народного банка Китая Й. Гана от 20 ноября с.г. Смысл его становится более понятным, если его сопоставить с высказыванием, которое за несколько дней до этого сделал председатель НБК Чжоу Сяочуань. Он сообщил, что ЦБ «в основном» откажется от валютных интервенций. Вот такого рода заявлений чиновники ЦБ Китая не делали с того момента, когда был отменен фиксированный курс юаня. Напомню, что до 2005 года юань имел фиксированный курс по отношению к доллару США и другим свободно конвертируемым валютам. При этом курс был явно заниженным, что стимулировало вывоз китайских товаров на мировой рынок, в том числе в США. Именно заниженный курс юаня был важной причиной победной поступи Китая по миру, он порождал активное сальдо торгового и платежного баланса страны. Под давлением США и других стран-конкурентов Пекин вынужден был отказаться от фиксированного курса юаня и перешел на режим так называемого «плавающего регулируемого» курса национальной денежной единицы. Этот режим, во-первых, предусматривал, что колебания валютного курса юаня должны быть минимальными (чтобы не дезорганизовывать национальное производство и торговлю). Во-вторых, по-прежнему юань должен быть «дешевой» валютой. А для этого необходимы так называемые «валютные интервенции». Под ними понимается банальная скупка Центральным банком Китая «зеленой бумаги», т.е. создание искусственного (завышенного) спроса на американскую валюту. Отсюда – завышенный курс доллара и заниженный курс юаня. Впрочем, так поступают центральные банки всех стран периферии мирового капитализма.

Логика китайских либералов очень проста: Китаю не нужен стабильный и «дешевый» юань. Это слишком дорого обходится стране, т.к. приходится заниматься постоянной скупкой американской валюты и накоплением резервов. Абсолютно «свободный» юань не требует больших резервов. Таким образом, у руководства страны исчезнет «головная боль», которая мучает его уже долгие годы. Но на этом либералы ставят точку.

ВОЗМОЖНЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ «ОСВОБОЖДЕНИЯ» ЮАНЯ

А следовало бы продолжить дальнейшую цепочку причинно-следственных связей:

- «Свободный» юань начнет свой быстрый подъем, из «дешевого» он быстро станет «дорогим».

- Повышение курса юаня приведет к снижению международной конкурентоспособности китайских товаров. Достаточно быстро произойдет сокращение объемов экспорта, увеличение импорта. Сальдо торгового баланса Китая из положительного быстро превратится в отрицательное.

- Нынешние громадные золотовалютные резервы Китая за несколько лет стают подобно тому, как за несколько дней мартовский снег превращается в мокрую лужу.

- Предприятия Китая, лишенные рынков сбыта, начнут останавливаться, а миллионы и десятки миллионов работников окажутся на улице. Реальный сектор экономики начнет быстро деградировать.

- Для того, чтобы предотвращать банкротства предприятий, а государству осуществлять импорт жизненно необходимых товаров, Китаю придется прибегать к «помощи» иностранных кредиторов и инвесторов.

- Эта «помощь» будет охотно предоставлена Китаю западными кредиторами и инвесторами. В результате активы китайской экономики перейдут в руки транснациональных корпораций, а по уровню внешней государственной задолженности Китай будет выглядеть хуже, чем сегодняшняя Греция.

- Китай, проведя демонтаж валютного регулирования по капитальным операциям, может оказаться абсолютно не защищенным перед ударами глобальных финансовых кризисов. Спекулянты типа Сороса могут начать играть на понижение юаня. Китаю могут потребоваться валютные резервы для противостояния финансовым спекулянтам, а их не будет. Китай будет скуплен спекулянтами на корню.

- Юань очень быстро станет слабой валютой, утратив даже те некоторые признаки «международной валюты», которые он имеет сейчас, в 2013 году. Причем такая слабость юаня не будет сильно зависеть от того, сохранит ли свои позиции доллар или нет. Он будет слаб по отношению к валютам тех стран, которые сохранят реальный сектор экономики.

ПЕЧАЛЬНЫЙ ОПЫТ ЯПОНИИ

Участь Китая может оказаться намного более печальной, чем участь Японии, которая еще два десятка лет назад всерьез думала о том, что иена может стать вровень с долларом США или даже его заместить. Между прочим, по многим относительным экономическим показателям тогдашняя Япония выглядела даже более «круто», чем сегодняшний Китай. Сегодня Япония все еще остается в «семерке» ведущих стран Запада, но там она находится на вторых ролях.

С Китаем может получиться все намного хуже. Он может вернуться к тем мрачным временам, когда его завоевывали Великобритания и другие «цивилизованные» страны Европы с помощью «опиумных войн». Одним словом, между нынешним внешним «величием» Китая и его возможным колониальным статусом – дистанция всего в несколько шагов. Не будет не только «китайского социализма», не будет независимого, суверенного Китая.

Еще раз вернусь к итоговому документу последнего пленума ЦК КПК. Там особо подчеркивается необходимость скорейшей валютной либерализации капитальных операций Китая. Проще говоря, китайские и иностранные инвесторы в целях проведения трансграничных операций (экспорт и импорт капитала) не должны испытывать никаких трудностей с конвертацией юаня в иностранные валюты, равно как и иностранных валют в юань.

Почему такая спешка? Видимо, некоторые китайские коммунисты-либералы просчитывают шахматную игру больше, чем на один ход. Они осознают, что в случае либерализации валютного курса юаня страна очень быстро лишиться экспортных доходов со всеми отсюда вытекающими «прелестями». Вот они и рассчитывают, что экспортные доходы будут замещены деньгами иностранных инвесторов. Последним, естественно, нужна полная конвертация юаня. Не только для того, чтобы вкладывать свои доллары и евро в китайскую экономику, но также для того, чтобы беспрепятственно выводить из страны инвестиционные доходы в тех же долларах и евро. Но задача замещения экспортных доходов иностранными инвестициями крайне сложна. Достаточно сказать, что в 2012 г. выручка от китайского экспорта составила около 2 трлн. долл., а приток прямых иностранных инвестиций в китайскую экономику – лишь 120 млрд. долл. Никакая валютная либерализация не в состоянии обеспечить полного замещения. Хотя бы по той причине, что в мире нет такого объема прямых международных инвестиций. В том же 2012 г. прямые трансграничные инвестиции в совокупности составили лишь 1,3 трлн. долл.

Впрочем, как показывает мировой опыт, полная либерализация капитальных операций в странах периферии мирового капитализма обычно приводит к тому, что в страну устремляются не «стратегические инвесторы», а спекулянты с их «горячими деньгами». Такие «инвесторы» не развивают экономику, а обгладывают ее активы и дестабилизируют работу оставшихся в «живых» предприятий. Полная либерализация капитальных операций, проведенная в конце 1980-х – начале 1990-х гг. в ряде стран АСЕАН, называвшихся тогда «азиатскими тиграми», привела к тому, что эти «тигры» стали превращаться в жалких кошек. В полной мере плоды либерализации движения капитала проявились во время финансового кризиса в Юго-Восточной Азии в 1998 году. Он нанес неисчислимый ущерб экономикам бывших «тигров».

На ноябрьском пленуме ЦК КПК, между прочим, акцент был сделан на активизации вывоза капитала из Китая. Для повышения эффективности такого вывоза действительно нужен «сильный» юань. После отмены режима регулируемого валютного курса юаня курс китайской денежной единицы на некоторое время действительно пойдет вверх. Не знаю, сколько будет продолжаться такой подъем. Может год, может два, но вряд ли больше. Вот за это время из Китая должны быть выведены капиталы и размещены в финансовые и нефинансовые активы других стран. Сдается мне, что коммунистические либералы готовят «побег» капиталов (а заодно и их самих) из страны «победившего социализма». Видимо, они вполне реально осознают, что экономический коллапс Китая не за горами и нужно успеть выбраться из этого дома до его обвала. А высокоумные разговоры о юане как «международной валюте» и о валютной либерализации китайским либеральным чиновникам нужны лишь для «побега» из страны. Между прочим, по данным международной общественной организации Global Financial Integrity (GFI), за первые десять лет нынешнего века из Китая нелегально было вывезено капиталов на сумму 2,74 трлн. долл. Только в 2010 году он составил 420 млрд. долл., что примерно эквивалентно ¼ всего объема экспортных доходов Китая в то же году. Вывод капитала из Китая сопряжен с рисками для их организаторов и бенефициаров (коррумпированных чиновников и связанных с ними бизнесменов). Именно эти «теневые» экспортеры капитала в первую очередь лоббируют быструю отмену всяких ограничений на вывоз капитала, конвертацию юаня и превращение его в «сильную» валюту.

О СТРАХАХ МАЙКЛА САНДЕРСА

Еще раз вернемся к материалу Майкла Снайдера. Он – американец. Поэтому его больше всего волнуют последствия прекращения дальнейшего накопления долларов Народным банком Китая для Америки. По его мнению, основной удар от китайской «бомбы» придется по Соединенным Штатам. Америка еще не успела прийти в себя от событий в октябре этого года. Напомню, что в стране было приостановлено бюджетное финансирование, поскольку Конгресс США не принял федеральный бюджет на очередной финансовый год. А не был принят он, в первую очередь, потому, что государство исчерпало лимит заимствований. Октябрьские события показали, насколько зыбко благополучие «сытой» Америки. Оно зависит от таких стран, как Китай, которые исправно покупают облигации казначейства США. На октябрь с.г. каждый десятый доллар таких облигационных заимствований были из Китая. Лишиться 1/10 всех заимствований для Америки – весьма чувствительно. К тому же «дурной пример заразителен». Вслед за Китаем могут последовать и другие «доноры» дядюшки Сэма. Лишение американской казны «подпитки» со стороны Китая может привести к резкому повышению процентных ставок по государственным облигациям США, что повлечет за собой уйму всяких неприятностей для американской экономики. Например, значительное повышение доли так называемых «процентных» расходов (расходы на обслуживание государственного долга) в федеральном бюджете. Также неизбежным будет удорожание кредитов и займов, что поставит крест на целях по восстановлению американской экономики, провозглашенных в рамках программы «количественных смягчений».

Да, Майклу Снайдеру и другим американцам есть о чем переживать. Но Китай на сегодняшний день уже не может рассматриваться в качестве главной причины неприятностей Америки. Дело в том, что с сентября прошлого года Федеральная резервная система США запустила третью программу «количественных смягчений» (КС). Ее официально провозглашаемая цель – восстановление американской экономики, пострадавшей от финансового кризиса и снижение до безопасных уровней безработицы. Для этого каждый месяц ФРС «вбрасывает» в финансово-банковскую сферу 85 млрд. долл. посредством выкупа на вторичном рынке у американских банков ипотечных бумаг (на 40 млрд. долл.) и казначейских облигаций США (на 45 млрд. долл.). В контексте рассматриваемых нами вопросов нам в программе КС интересно следующее: «количественные смягчения» привели к тому, что основным покупателем казначейских бумаг в последний год стал Федеральный резерв. На иностранные центральные банки и других покупателей пришлось совсем немного. Почему в течение последнего года был сделан такой крутой «разворот» в сторону ФРС, сейчас сказать трудно. Может быть, потому, что Вашингтон решил застраховаться от возможных бойкотов со стороны ЦБ других стран[6]. Отсюда следует: даже если заявление высокопоставленного чиновника Народного банка Китая 20 ноября действительно будет практически реализовано, т.е. ЦБ Китая прекратит полностью покупку американских бумаг, немедленного краха Америки не произойдет. Крах Америки может произойти, но уже по причине того, что Федеральный резерв не сможет выдержать «перегрузок», вызванных необходимостью скупать гигантские количества облигаций казначейства США[7].

КИТАЙ ЖДУТ ТЯЖЕЛЫЕ ВРЕМЕНА

А вот для Китая прекращение накопления долларов самоубийственно. Китайская экономика похожа на самолет, который кружит уже многие часы в воздухе, но пилот не видит удобной площадки, на которую можно приземлиться. Горючее кончается, и есть опасность, что самолет рухнет на землю. Решения о прекращении накопления долларов Пекину можно было бы принимать лишь в том случае, если бы у него был «аэродром», на который можно было бы посадить самолет под названием «китайская экономика». Под таким «аэродромом» следует понимать внутренний рынок «поднебесной». Китайское руководство это давно уже осознало, еще в прошлом десятилетии делало слабые попытки переориентировать промышленность и другие отрасли экономики на удовлетворение внутреннего спроса и создание единого народнохозяйственного комплекса. Однако страна продолжала двигаться по той «колее», в которую ее еще в конце 70-х – начале 80-х гг. прошлого века затянули руководители Запада. Перейти на рельсы независимого экономического развития страна не смогла. Внутреннего рынка у Китая как не было, так и нет, а потому он остается «колоссом на глиняных ногах», зависящим от внешних рынков и американского доллара.

Судя по всему, на ноябрьском (2013 г.) пленуме ЦК КПК на планах по переориентации китайской экономики на внутренний рынок поставлен жирный крест. Руководство Китая решило продолжить курс на дальнейшую интеграцию Китая в глобальную экономику. Но характер этой интеграции меняется на глазах. Начиная с Дэн Сяопина, в течение трех десятилетий Китай занимался завоеванием мировых товарных рынков. Страна превратилась в «мировую мастерскую», обслуживающую полмира. Китай явил собой модель промышленного капитализма зависимого типа, прикрывающегося социалистической риторикой. Под «социализмом» в Китае понимается восточная разновидность государственного капитализма. После мирового финансового кризиса, примерно с 2010 года, в полной мере выявилась неприятная для китайского руководства вещь: возможности экстенсивного освоения Китаем мировых товарных рынков исчерпаны. Началось замедление темпов экономического развития «поднебесной», пока еще не катастрофичное, но тревожное. В 2010-2011 гг. партийное и государственное руководство страны вело мучительный поиск выхода из наметившегося тупика. Двенадцатый пятилетний план, принятый в 2011 году, уже в неявном виде отражал корректировку экономического курса страны: ориентацию на быстрое развитие внутреннего финансового рынка, постепенное открытие этого рынка для внешнего мира, освоение и завоевание мировых финансовых рынков. Лидеры Китая взяли курс на трансформацию промышленного капитализма в финансовый капитализм.

А финансовый капитализм уже давно создан в странах «золотого миллиарда». Западу и, прежде всего, Соединенным Штатам, конкурент в виде китайского финансового капитализма не нужен. Создание Китаем своего внутреннего финансового рынка, частичная интернационализация юаня, полная валютно-финансовая либерализация лишь ускорят завоевание «поднебесной» матерыми волками западного финансового капитализма. Поэтому Китай в ближайшие годы ждут тяжелые времена как внутри страны, так и на международной арене.

 

 

 

 

 

 

 

____________________________________

[*] Michael Snyder. China Announces That It Is Going To Stop Stockpiling U.S. Dollars // The Economic Collapse, November 21st, 2013 

[2] О. Самофалова. Золотовалютные резервы Китая растут даже быстрее, чем цены на золото // Сайт «Дао, выраженное словами». 05.03.2013

[3] «Китай раскрыл структуру своих резервов». 06.09.2010 (http://internet.bibo.kz/458793-kitajj-raskryl-strukturu-svoikh-rezervov.html)

[4] Этот режим был введен первоначально в 2005 году (вместо фиксированного валютного курса юаня), однако в связи с мировым финансовым кризисом его действие было приостановлено на период 2008 - 2010 гг.

[5] Это было закрытое обращение. О нем сообщил известный специалист по секретным и закулисным делам нефтяного бизнеса Линдси Вильямс. См.: Lindsey Williams. Dollar no longer primary oil currency as China begins to sell oil using Yuan // Examiner.com, September 12, 2012 

[6] См.: В.Ю. КатасоновФРС в роли главного спасителя Америки. Других уже не остаётся // Институт ВК

[7] См.: В.Ю. Катасонов. Банкротство ФРС: разве такое возможно? // Институт ВК





Наверх
Поделиться публикацией:
861
Опубликовано 29 ноя 2013

ВХОД НА САЙТ